カルペンコが書いた脆弱機能

Четвертая функция в модели А традиционно называется слабой, самой слабой, уязвимой, местом наименьшего сопротивления, болевой и т. п. Не стану оспаривать эти определения, но предлагаю взглянуть на эту функцию не с позиций жалости и сожаления, а в поисках смысла и целесообразности. Системные принципы предполагают наличие в любой системе «слабого звена» и «чувствительного элемента». Того самого элемента, который первым будет откликаться на внешнее воздействие, который это внешнее воздействие проигнорировать не сможет, который этому внешнему воздействию будет сопротивляться с наименьшей силой. Именно этот элемент может быть назван местом наименьшего сопротивления.

«Слабой» четвертая функция является лишь постольку, поскольку степень контроля человеком своих реакций по соответствующему аспекту слабее, чем для 1–3 функций. Но её чувствительность к внешнему воздействию намного выше, реактивность с положительной обратной связью — сильнее. Именно поэтому негативная оценка, данная человеку, его деятельности или личностным качествам по аспекту четвертой функции, воспринимается им так болезненно.

Корректнее, видимо, использовать такое название для этой функции — функция индивидуального опыта. Действительно, из четырех информационных векторов (определенных  А. В. Букаловым): вектора глобальности, ситуации, норм и Я , формирующих аспектное  пространство функции, в четвертой присутствует лишь один — вектор личного опыта Я [3]. Это означает, что по данному аспекту человек не может опереться ни на социальные нормы (вектор норм) — они ему в полном объеме и не известны. Не станет для него подспорьем видение и анализ〔中略〕сложившейся ситуации — она не простирается для него дальше его личных проблем, более широкий взгляд на ситуацию ему недоступен, поле зрения — намного уже. Точно так же и никакие аспекты глобальности, ни мировые законы, ни гармонии, ни музыка сфер непосредственно этой функцией не воспринимаются. Только личный опыт. Поэтому и отношение к этому личному опыту соответствующее: бережное, аккуратное, педантичное, трепетное, нежное. Всё тщательно собирается, складируется, инвентаризируется, проветривается и пересыпается нафталином.

Та информация, которая усвоена по аспекту четвертой функции, — усвоена наиболее полно. Она прочувствована до самых мелочей, потому что продвижение в деятельности по этому аспекту возможно лишь самыми мелкими шагами. Эта информация наиболее полно вербализуема. Ни одна другая функция не дает такой полной вербализации. Для функций витального кольца всегда остается часть недоосознанной информации, часть автоматизмов, непроизвольных реакций. Для функций ментального кольца — от первой до третьей — часть информации настолько плотно спрессована, упакована, сжата, что с трудом поддается описанию — невыразимо, за пределами слов остается еще очень и очень много — тем больше, чем выше информационная мерность функции. Для четвертой же, напротив, почти всё, весь опыт, все навыки могут быть вербализованы, облечены в слова, высказаны. Но высказывания эти — краткие, не распространенные, довольно узкие, и нередко окружающими, типы которых имеют большую размерность по этому аспекту, воспринимаются как банальные.

Ни по какой другой функции человек не стремится к такой однозначности и точности, как по четвертой. Главное — определенность! Определенность разного рода, от «ты меня любишь?» ( ) до «правильно я говорю?» ( ). Ответ на такой вопрос принимается только однозначным: «да!» и никаких «но..» и «если». Конкретность здесь прежде всего. Человека интересует не обзор экономического состояния мировых рынков, а ответ на вопрос «где моя зарплата?» ( ). Но потребовать по своей четвертой функции от окружающих ничего нельзя — не удается. Любое обсуждение выдвигаемых по этому аспекту требований неизбежно уводит от желаемой цели: настройка сбивается, волевого импульса не хватает.

Столь же однозначны, одномерны и реакции. Именно потому они производят впечатление несколько судорожных, внезапных, неожиданных, что возникают действительно внезапно и прорываются неудержимо. Так, если (ИЛИ) «довели» до эмоционального всплеска, то он будет весьма резким и неприятным для окружающих, реакция сенсорного отпора «загнанного в угол» (ЛИИ) способна удивить давно знающих его людей. Но и более спокойные проявления этой функции носят характер кратковременных всплесков.

Специфика четвертой функции состоит не только в том, что для носителя определенного типа очень трудно игнорировать оценки своих действий по этому аспекту со стороны окружающих, но и в том, что от необходимости накопления соответствующей информации человеку не удается отстраниться. Конечно, потребность эта проявляется по-разному, но (ЛИЭ) устремляется к опасным, экстремальным видам спорта по той же причине, какая толкает (ИЛЭ) в соционику, (ЭИЭ) в изобразительное искусство, (ИЭИ) в программирование, а (СЭИ) в бухгалтерию. […] И теория интертипных отношений А. Аугустинавичюте [1] (все же — отношений, взаимодействий между людьми) тоже возникла из устремления (ИЛЭ) с четвертой функций отношений — .

Мой зрительный образ - струйка молока на поверхности стола - отражает прежде всего двумерность этой функции в модели моего ТИМа -картинка на плоскости. И от всего потока времени остались только "вчера ", "завтра" и "сегодня" как отрезок между этими двумя точками. У ЭСЭ и ЛСЭ и того меньше: "сейчас" или "не сейчас", поэтому вечные опоздания или вечная спешка: "когда? - сейчас!", "когда? - потом!".

Итак, объективно четвертая функция — орган, который подвержен управлению со стороны внешнего мира. Субъективно — это центр накопления индивидуального опыта. Подчеркну еще раз — индивидуального, своего собственного. То, каким образом он добыт, — в непосредственном столкновении с жизненными обстоятельствами или через призму опыта других людей (из общения с ними или из литературы и пр.) — не столь важно. Принципиально, что этот опыт пережит, прочувствован, проверен. Ст ит прислушиваться к тому, что говорит человек со своей четвертой функции. Это — объективно, до тех пор, пока он говорит «я понял», «я умею». Личный опыт — объективен, обобщения — субъективны.