2Lの詳細解説

Сказать, что” ритор” большой любитель поговорить, значит не сказать ничего. Общение — воздух и хлеб 2-й Логики. О размерах этой потребности можно судить хотя бы на примере Фиделя Кастро, для которого ничего не стоит дать 15-тичасовое интервью. Однако, видимо, и это не предел — сам Кастро признавался, что встречал людей, еще более говорливых, чем он.

Приемы же, благодаря которым достигается такое вовлечение в разговор, просты и безотказны. Во-первых, в отличие от “догматика”, “ритор” никогда не начинает общение с утверждения, но всегда с вопроса. Начинает с вопроса даже тогда, когда предмет известен ему досконально. Один обладатель мощнейшей, выключаемой разве что на ночь 2-й Логики, как-то объяснял мне: “Если я тебя спрашиваю, то это еще не значит, что я не знаю ответа. Просто мне так удобней разговаривать”.

Второй способ: прикинуться дурачком и начать общение с фразы, подобной знаменитой Сократовской: “Я знаю только то, что я ничего не знаю”. Трудно представить, кто отказался бы проглотить такую наживку — возможность поучить дурака. А дальнейшее уже дело техники: слово за слово, разговор покатился, глядишь — за интересной беседой и день прошел.

Еще одно замечательное и драгоценное качество, свойственное всем “риторам” без исключения — это здоровый цинизм. 2-я Логика не верит ни в бога, ни в черта, ни в партийные программы, ни в научные доктрины — ни во что. Все аксиоматичное, догматичное, попав в жернова полушарий “риторского” мозга, быстро теряет свою абсолютность и делается простым объектом интеллектуальных манипуляций. Для “ритора” нет ни запретов, ни рамок, ни правил, удерживающих свободную игру мысли. Все подвергается суду 2-й Логики, но этот суд милостив и редко выносит окончательный приговор (разве что явной глупости).

Мало дорожит “ритор” и своими собственными утверждениями, которые и утверждениями для него не являются, но лишь гипотезами, удобными на данный момент. Опровергать сегодня сказанное вчера — нормальное состояние “ритора”. За примером далеко ходить не надо — Ленин. За свою жизнь он так много наговорил противоположного, что Ленинцы до сих пор не могут решить, какие из его высказываний следует считать директивными. Великий полемист, Ленин каждый раз умудрялся делать чрезвычайно убедительной мысль, прямо противоречащую той, которую он еще недавно с неменьшим блеском отстаивал.

Не знает себе равных 2-я Логика и в качестве комментатора, истолкователя чужих идей. Иллюстрацией данного положения может послужить характеристика молодого, в то время увлеченного гегелевской диалектикой, Михаила Бакунина: “Бакунин обладал великолепной способностью развивать самые абстрактные понятия с ясностью, делавшей их доступными каждому, причем они нисколько не теряли в своей идеалистической глубине…Бакунин мог говорить целыми часами, спорить без устали с вечера до утра, не теряя ни диалектической нити разговора, ни страстной силы убеждения. И он был всегда готов разьяснять, объяснять, повторять без малейшего догматизма.”

Его страсть — живое общение, а не сражение с мертвым листом бумаги. Записывать за собой он предоставляет другим, как это делал Сократ, согласившись на запись Платона. Но что еще более отвращает 2-ю Логику от кабинетной работы — это невозможность ограничить себя какими-то рамками, найти начало и конец мысли. Мышление для “ритора” — прежде всего процесс, движение, поток, и попытка вырвать из него что-либо не более плодотворна, чем попытка вырезать кусок реки. Поэтому, если он и садится за стол, то делает это с большой неохотой, по какому-либо конкретному поводу, и рукопись его выглядит чем-то без начала и конца, фрагментом безбрежного, нескончаемого опуса.

Свойство “осознанность” (процессионность) Логики говорит нам о том, что формирование своего и чужого мнения по разным вопросам находится в сфере внимания её обладателя. 2Л любят обмениваться мнениями с окружающими людьми, обсуждать разные темы, аргументировать. Как экстравертная (непринципиальная) функция, 2Л интересуется в первую очередь чужим мнением, а не своим. Она может часто и не знать, какого мнения придерживается по тому или иному вопросу, и при желании легко меняет свою точку зрения. Как субъектная (высокая) функция, делает она это самостоятельно, если сама того хочет. Переубедить 2Л довольно сложно, если этого нет в её планах. В таком случае она будет находить новые и новые аргументы, преподносить информацию именно так, чтобы подтвердить свою правоту. Зато убеждать и переубеждать других людей Второй Логике очень интересно, особенно если собеседник чувствителен к тонкостям логической аргументации.

Обладатель данной акцентуации уверен в своём мнении и в своих размышлениях, поэтому переубедить его весьма трудно. Такой человек очень хорош, когда требуется кого-то научить, объяснить, рассказать – он делает это мастерски, приводя примеры и контролируя процесс усвоения информации слушателями. Также у этих людей хорошо получается писать статьи, научные труды, книги, где они много и интересно рассуждают, создавая логически безупречные концепции. Однако субъектная акцентуация 2Л не слишком приспособлена для спора или других видов обсуждения, где участники равноправны. Как правило, она воспринимает себя как учителя, а прочих людей – как учеников, которым нужно открыть глаза и вразумить.

Из-за такой самоуверенности её могут принимать за 1Л. Разница же между ними заключается в следующем: Вторая Логика в значительно большей степени, чем Первая, придаёт важности тому, как мыслят окружающие люди и какая у них точка зрения. Если человек, по её мнению, неправ, то она считает своим долгом переубедить его и избавить от заблуждений. В этой ситуации 1Л бы просто подумала “Какая разница, у кого какое мнение, главное, что моё правильное, а всех не переубедишь”. Также 2Л отличает пространность рассуждений и длинные цепочки аргументации, призванные заставить собеседника прийти к правильному мнению своим умом. 1Л же проще сослаться на общеизвестный факт, свой профессиональный опыт или мнение компетентных в теме людей, чтобы подтвердить свою точку зрения. В целом, субъектная акцентуация 2Л является наиболее упрямой.

Такая 2Л очень стремится к обсуждениям и дискуссиям, в том числе и тогда, когда они явно бесцельны. Даже если она видит, что собеседник не реагирует на доводы, и просит оставить его в покое (обычно это обладатели результативной Логики), всё равно не может остановиться в своей жажде спора и объяснений. Эти 2Л готовы обсуждать самые разные темы, подвергать сомнению любые устоявшиеся догмы, а вот молчание для них губительно. Хуже всего для такого человека, когда его не слушают и не интересуются его рассуждениями. Он многословен и может часами вещать о том, что приходит ему в голову, блестяще импровизирует, если это нужно. Как правило, такая 2Л не боится публичных выступлений, так как видит в них самореализацию и возможность поделиться теми мыслями, которые роятся в голове. Если её писательский талант хоть сколько-нибудь развит, то может страдать от графоманства – не может перестать писать, а негативная реакция на свои произведения не охлаждает её пыл.

Иногда такую 2Л можно спутать с 3Л, поскольку она весьма скептично настроена в отношении общепринятых “истин” и всегда готова их оспорить. То же самое касается и любых высказываний её оппонентов. Однако, в отличие от 3Л, она не боится оказаться неправой, и её уверенность в своих доводах не уменьшается в случае несогласия. Скорее, собеседники будут признаны упрямыми или недостаточно умными, чем 2Л посчитает себя таковой. Эту акцентуацию Второй Логики можно назвать самой разговорчивой.

Этой 2Л свойственно стремление к пониманию между собеседниками. Она может вести себя как “переводчик”, помогая людям найти общий язык, объясняя одному человеку, что имел в виду другой. Данная акцентуация, в отличие от других, не настаивает на своём мнении, не разжигает спор, если видит, что он неконструктивен. Признаёт существование разных точек зрения, и не стремится доказывать свою правоту, а если и делает это, то доброжелательно, учитывая обратную связь.

Так как обладатель такой 2Л довольно часто скрывает своё собственное мнение или вовсе не имеет его, эту акцентуацию можно принять за 4Л. Отличить их можно по следующим параметрам. Во-первых, 2Л, в отличие от 4Л, интересуют разнообразные мнения других людей, и она будет провоцировать их на дискуссию или высказывание своей точки зрения. Во-вторых, Вторая Логика как процессионная функция при внешнем запросе будет объяснять что-то и рассуждать на те темы, которые интересуют собеседника. Для 4Л же это скучное занятие, им нужно готовое знание, которое уже не требует анализа и размышлений. Экстравертную акцентуацию 2Л можно считать самой лояльной к чужому мнению.